— А где родители этих малышей, почему они не следят за детьми? — спросил я Ориона.

— Они там, Джон, со своими детьми, — пояснил он. — Ты просто не привык видеть такие огромные семьи. На Микроострове контроль рождаемости строго запрещен. Поэтому в семьях бывает от 15 до 25 детей. Чем больше супружеская пара имеет детей, тем выше ее престиж..

— Но почему хотя бы некоторые не ограничатся столькими детьми, сколько они могут нормально одеть и прокормить? Ты только посмотри на этих оборванцев, — заметил я.

— Да, я знаю, — грустно покачал головой Орион, — они жертвы своих религий, которые запрещают контроль рождаемости как смертный грех. Разумеется, Элгон изменил бы все это, будь это в его интересах. Однако его цель, как он открыто заявляет, — превзойти Макро-общество количественно, чтобы начать претендовать на нашу территорию.

— Разве женщины не устают от постоянной беременности? — спросила Кэрол.

— Еще как, — ответил Орион. — На самом деле наша самая большая проблема — это то, что Элгон и его помощники запрещают выдавать противозачаточные таблетки людям, которые просят. Понимаешь, у Элгона и компании хорошо развиты способности телепатии и ясновидения, поэтому, если в их присутствии мужчина или женщина просто захочет получить противозачаточные таблетки, они сразу же это почувствуют. И этого человека накажут так же, как если бы он вступил в общение с членом Макро-общества. Ты, наверное, знаешь, что наши средства делают человека бесплодным на период от одного до пяти лет, в зависимости от вида таблетки.

— В такой культуре быть физически неспособной иметь детей — это счастье, — заметила Кэрол.

— Не совсем так, Кэрол, — возразил Орион. — Видишь; ли, здесь с любой женщиной, которая не может иметь детей, обращаются как с проституткой и запрещают ей выходить; замуж. Это считается позором, потому что они очень почитают брак. Единственной допустимой причиной развода; является неспособность женщины рожать.

— Тогда, если женщина хочет развестись, ей достаточно? просто принять противозачаточную таблетку! — сказал я. — Но если разговаривать с нашими и брать у них таблетки запрещено законом, то как здешним людям удается их получать?

— Они знают, что мы телепаты, — ответил Орион, — поэтому им достаточно просто пройти мимо нас на улице, посылая запрос. И тогда мы телепортируем им таблетку, пока никто не видит. Единственная проблема в том, что кто-то из тысячи помощников Элгона может перехватить сигнал. Тогда провинившегося сразу же тащат на ближайшую площадь для публичных наказаний и... Нет, лучше я не буду рассказывать тебе об этих зверствах. Сам вскоре все увидишь.

Толпа, стоящая за барьером, вновь привлекла мое внимание, и я вспомнил, что президент Элгон и вице-президент Села ждут нас. Я спросил у Ориона:

— Как ты считаешь, нам с Кэрол опасно идти на встречу с их президентом?

— Сейчас нет, — ответил Орион. — Они планируют устроить тебе королевский прием, показать тебе то, что считают преимуществами Микро-образа жизни, а затем уговорить тебя, чтобы ты позволил им навсегда оставить тебя здесь.

— Значит, — ухмыльнулся я, — они считают, что я буду им так благодарен, так расчувствуюсь, что захочу навсегда остаться с ними?

Орион пристально посмотрел на меня и сказал:

— Они очень умны и прибегнут к самым разным ухищрениям, чтобы осуществить твое окончательное перемещение во времени. Понимаешь, они считают, что если им удастся это сделать до того, как ты достигнешь третьего уровня, то ты начнешь регрессировать и уже не сможешь счастливо жить в Макро-обществе.

— Понятно, — сказал я. — Значит, нам будет опасно находиться вне базы, только когда они поймут, что я не поддался на их уговоры. Мы планируем вернуться прежде, чем это произойдет.

Вдруг я почувствовал, что Орион не верит в то, что мне это удастся, и изо всех сил пытается скрыть свои сомнения по поводу моего успеха на Микро-острове. Под его влиянием и я начал в себе сомневаться, но все же взял себя в руки, Храбро улыбнулся и сказал:

— Возможно, все закончится не так плохо, как ты думаешь, Орион. Но в любом случае я должен рискнуть и чему-то научиться из того, что со мной произойдет, что бы это ни было. Так что будь добр, отключи силовое поле: мы выйдем и встретимся с президентом Элгоном и этой толпой.

Помедлив, Орион кивнул головой в знак согласия, провел нас к границе силового поля, там остановился и напутствовал нас:

— И не забывайте, когда к кому-то из них обращаетесь, называть после имени номер. Это очень важно, потому что номера у них означают уровни осознания, на обладание которыми они претендуют.

Пристально глядя в глаза Кэрол, он прижал ее руки к своим губам и поцеловал их. Я был очень удивлен, когда он повернулся ко мне и так же нежно попрощался.

Затем он отключил силовое поле и выпустил нас за пределы охраняемой территории. Выйдя наружу, мы с Кэрол телепатически увидели, как силовое поле снова включилось, и поняли, что теперь мы стоим, не защищенные ничем, кроме своих собственных разумов, перед, как нам показалось, всем населением Микро-острова.

Некоторое время мы стояли, неуверенно рассматривая: громадную толпу. Затем послышались приветственные возгласы, народ расступился, и к нам вышли два очень ярких персонажа. Таких я прежде видел разве что на рок-концертах. Один из них был мужчиной крепкого телосложения, ростом под два метра, с красивым мужественным лицом»; словно высеченным из гранита. На нем было белое одеяние, усыпанное голубыми, желтыми и зелеными драгоценными камнями и тысячами блесток, сверкавших на полуденном солнце. Я подумал, что это, наверное, и есть президент Элгон Десятый, восемьдесят лет назад бывший в Макро-обществе на седьмом уровне.

Он регрессировал на более низкие уровни осознания, но это не помешало ему объявить себя «десятым» и даже сделать это слово своим постоянным титулом. Разумеется, при этом он перестал носить тунику, отображающую его ауру.

Рядом с Элгоном была не менее яркая женщина — по всей видимости, Села Девятая, его бывшая Альфа-партнерша, регрессировавшая с шестого уровня. Я знал, что она ушла из Макро-общества семьдесят лет назад, поэтому ей должно было быть уже за сто, но она выглядела никак не старше двадцати пяти. Ее красота была пышной, сексуальной, блестящей красотой кинозвезды.

Прелести Селы были так соблазнительны, что я почувствовал, как все мое тело напряглось. Сногсшибательно откровенный наряд оставлял обнаженной неестественно большую упругую грудь с торчащими сосками, намазанными каким-то блестящим красным веществом. Блузка была оторочена чем-то вроде горностаевого меха и усыпана изумрудами, а на юбке кроваво-красного бархата глубокие разрезы с обеих сторон доходили до самой талии, открывая самые роскошные и волнующие ноги, какие я когда-либо видел.

Внезапно по моему сознанию прокатился мелодичный смех Кэрол, и она телепатически спросила: «Надеюсь, ты еще не забыл о Лии и обо мне?»

Чтобы оторвать глаза от Селы, мне понадобилось больше усилий, чем я ожидал. Я повернулся к Кэрол и очистился от похотливых мыслей в ее свежем чистом очаровании. Наконец я выдавил из себя кривую улыбку:

— Спасибо, что вытащила меня, пока я не утонул.

— Я тоже едва справилась с вожделением к Элгону, — призналась Кэрол, — и поняла, что в толпе, должно быть, находятся сотни его помощников, которые пытаются телепатически внушить нам, что мы не можем жить, не познав сексуального удовольствия с этими двумя людьми.

— Так вот почему... — начал я, но Кэрол торопливо предупредила:

— Подготовь свой разум к тому, что его будут постоянно атаковать, и вспомни свой последний Макро-контакт.

Не успел я освежить в памяти свой последний Макроконтакт, как почувствовал приятное прикосновение тела.

Селы и невероятно возбуждающее ощущение, когда ее влажный язык дотронулся до моих губ и легко проскользнул мне в рот.

Я смутно расслышал слова Кэрол:

— Пожалуйста, отпусти меня, Элгон. Ты прекрасно знаешь, что такие чересчур сексуальные приветствия не в наших обычаях.

Где-то глубоко внутри я нашел силы мягко, но решительно оттолкнуть от себя Селу. Она насмешливо улыбнулась, и я заметил, что в ее великолепных глазах пляшут опасные гипнотические огоньки. Они были темнее самой темной ночи в аду.

Затем я обратил внимание на ее потрясающую гриву блестящих волос цвета красного дерева, которые спускались к талии пышными изящными волнами.

— Добро пожаловать на Микро-остров, — сказал Элгон низким звучным голосом, который, как я сразу же понял, обладает гипнотической силой. — Я Элгон Десятый, президент.

— Спасибо; — мне удалось произнести это достаточно спокойно, — но если вы не хотите, чтобы мы сейчас же повернули назад и нашли убежище за силовым полем, пожалуйста, прекратите свое гипнотическое давление.

Элгон вперил в меня взгляд, и я почувствовал, что стою на краю опасного обрыва. Собрав воедино все свои ментальные силы, я смог преодолеть смертоносное желание упасть в разверзшуюся передо мной пропасть. Я с трудом отвел от него глаза и услышал раскаты его громкого смеха. Когда я повернулся к Кэрол, он сказал:

— Не бойся, Джон Десятый. Ты только что продемонстрировал десятый уровень осознания, потому что тебе удалось противостоять не только моему разуму и разуму Селы девятой, но и тысячам других телепатически объединенных умов, которые посылали тебе гипнотические внушения. Твой успех превзошел все наши ожидания, и я обещаю, что тебе больше не придется отражать наше телепатическое давление. Теперь ты — Джон Десятый, такой же могущественный, как я.

— Господин, — воскликнула Села и упала передо мной на колени, — позволь нам показать тебе наш остров и ответить на все твои вопросы, чтобы Наконец правдой уравновесить ложные представления о нас, внушенные тебе вашей СИ.

Я повернулся к Элгону и сказал:

— Хорошо, покажите нам свой остров.

Села быстро вскочила на ноги и, качая головой, произнесла:

— Приглашение осмотреть наш остров касается только тебя, Джон Десятый.

— Извините, но я вынужден настаивать на том, чтобы Кэрол везде сопровождала меня, — твердо сказал я, подчеркнуто обращаясь к Элгону и игнорируя Селу.

Элгон пожал своими мощными плечами и сказал:

— Наше восхищение тобой, Джон Десятый, настолько велико, что мы готовы исполнить любое твое пожелание.

С этими словами он сделал знак толпе, и люди мгновенно расступились, освободив нам проход к площадке, на которой стоял огромный воздушный корабль с поднятым верхом. Мы с Кэрол вошли вслед за Элгоном и Селой в хвостовую часть этого транспортного средства, которое состояло из кабины для двух пилотов и салона с шестью подвижными сиденьями. Эти два отсека разделяла стеклянная перегородка. Мы уселись в кресла, кроме Элгона, который стоял внутри корабля, жестами отвечая на приветственные возгласы беснующейся в восторге толпы. Так мы и тронулись с места.

Когда толпа осталась позади, корабль поднялся метров на 100 над землей и медленно, со скоростью не больше 80 километров в час, направился внутрь острова. Последний раз махнув рукой провожавшим, Элгон повернулся к нам и начал рассказывать о Микро-острове. Я перескажу здесь самое главное.

Население Микро-острова насчитывает чуть более трех миллионов человек. Вся территория разделена на пять штатов, в каждом из которых свой язык, своя религия и свой цвет кожи. Когда Элгон благодаря своим превосходным Макро-способностям вступил в должность президента, он установил между этими пятью штатами четкие границы.

Практически круглая форма острова позволила Элгону разделить его, как пирог, на пять равных секторов, так что все штаты сходились к общему центру — кругу площадью приблизительно в 200 квадратных километров, который принадлежал Элгону как верховному правителю. Когда я спросил у него, почему он позволил все эти разделения на штаты, религии, расы и языки, он ответил:

— Мировая история доказала, что люди быстрее всего развиваются, когда они разделены, так как конфликты и соперничество благоприятствуют росту.

Я сначала решил, что он шутит, но, увидев фанатичный блеск в его глазах, понял, что он абсолютно серьезен.

— Я знаю, — продолжал он, — что Макро-общество промыло тебе мозги, внушив благочестивые идеи о единстве и любви, но с микро-точки зрения, которую мы поддерживаем, это всего лишь иллюзии. Если бы Бог хотел, чтобы Макроединство существовало на микро-уровне, он бы претворил это в жизнь. На этой планете мы живем на микро-уровне, где все подчиняется универсальным законам конфликтов и соперничества. Макро-человеку, который отрицает эти законы, не место здесь, и он в конце концов будет вытеснен в какое-то другое измерение.

— Согласно Макро-философии, — ответил я, — это микро-человек был вытеснен в другие измерения, потому что планета поднялась на более высокий уровень развития.

— Это ложь, — парировал Элгон, — увековеченная упа-! дочными Макро-существами, которые стремятся разрушить стойкость и силу микро-человека. Но позволь мне показать тебе, какой захватывающей и интересной жизнью живут наши люди. А ты сравнишь ее с жалким существованием в Макро-обществе. Видимо, Элгон послал пилотам телепатический приказ, потому что корабль вдруг резко снизился и мы увидели множество людей, работавших на полях и фабриках. Элгон гордился тем, что микро-люди работают в промышленности, сельском хозяйстве или сфере обслуживания по восемь часов шесть дней в неделю, а не бездельничают, как члены Макро-общества.

Я спросил у него, почему в день, который он сам объявил государственным праздником, люди продолжают работать на полях и заводах. Он ответил, что сегодня люди работают только в этом штате — специально для того, чтобы мы могли посмотреть на их труд, если я захочу. Я отказался.

Рассматривая людей, трудившихся на полях, я удивился насыщенному желтому цвету их кожи, потому что, насколько я помнил, в толпе, собравшейся вокруг Макро-базы, были только белые люди. Когда я задал Элгону этот вопрос, он объяснил, что из-за грешного смешения всех рас изначальный цвет кожи людей изменился. Но микро-лидеры при помощи искусственных красителей восстановили пять основных цветов кожи: черный, коричневый, красный, желтый и белый. Все пять штатов назывались по цвету кожи населяющих их людей.

Наш воздушный корабль приземлился возле селения, очень похожего на наши маленькие городки начала XX века. Элгон открыл нам дверь и сказал:

— Мы хотим, чтобы вы поговорили с людьми этого или любого другого селения. Мы с вами не пойдем, а то вы еще подумаете; что эти люди лгут для того, чтобы нам угодить.

Я все равно не верил, что люди смогут свободно с нами разговаривать, но все же мы приняли предложение, подошли к двери первого попавшегося дома и постучали. Дверь открыла пожилая женщина лет семидесяти. Она сказала, что видела наше прибытие по телевизору и очень горда тем, что первой мы посетили именно ее. Она пригласила нас в маленькую, скудно обставленную комнату и, когда мы сели на твердые металлические стулья, предложила мне задавать . ей любые вопросы.

— Расскажите мне о своей жизни, — попросил я.

Она широко улыбнулась, обнажая ряд кривых уродливых зубов, и сказала:

— Мы ведем честную, приличную, богобоязненную жизнь. Наши мужчины и женщины женятся, рожают много детей и живут в отдельных домах, а не в огромной ужасной гостинице, как на Макро-континенте.

— Почему вы красите кожу в желтый цвет? — спросил я.

— Потому, — объяснила она, — что у моих предков была желтая кожа, пока Макро-общество не загрязнило нашу кровь межрасовыми браками. Теперь нам приходится красить кожу, чтобы помнить о своем великом расовом наследии. Вы увидите, что наш Желтый штат с желтой религией и желтым языком — самый лучший штат на острове.

— Подождите, — сказал я, — но вы же говорите на универсальном языке Макро-общества, а не на «желтом языке».

— Мы учим язык своего президента в школах, и на этом языке вещает наше телевидение, — ответила она гордо, — но дома мы говорим только на желтом языке, и правительство нашего штата тоже использует только его.

— Но зачем вам два языка? — спросил я.

— Люди, — ответила она, — которые забыли язык своих предков, не могут собой гордиться. Благодаря своему желтому языку и желтой религии мы, желтые люди Желтого штата, — самые уникальные люди во всем мире.

— Расскажите мне о вашей желтой религии, — попросил я.

Она вновь улыбнулась своей кривозубой улыбкой и сказала:

— Наша желтая религия говорит, что, когда Бог создавал человека, он использовал пять цветов, чтобы получилось пять различных рас. Желтых людей Бог создал последними и самыми лучшими, и с тех пор желтая раса стала избранной.

Ее призвание — показывать другим расам, как надо верить" в Бога и жить по его заповедям.

До сих пор Кэрол молчала, позволяя мне задавать вопросы, но сейчас она сказала:

— Я чувствую, вы искренне верите в то, что говорите, и испытываете к нам острую неприязнь.

— Только к тебе, из Макро-общества, но не к этому человеку, — сказала она, презрительно глядя на Кэрол. — Он пришел из великого века микро-людей, когда желтая раса числом превышала все остальные. Наш президент, Элгон Десятый, надеется, что ваше Макро-общество еще не успело так испортить Джона, что мы уже ничем не сможем ему помочь. Мы должны открыть ему глаза на правду.

Испепелив Кэрол взглядом, она вновь повернулась ко мне, по-матерински улыбнулась и продолжила:

— Мы остаемся верными древним добродетелям религии, расы, языка и микро-семьи с ее приличными и неизвращенными моральными устоями.

Затем она указала своим крючковатым пальцем на Кэрол и сказала:

— Вот шлюха Древнего Вавилона, живущая только ради безнравственного наслаждения, — безбожная, бездетная, безродная, обреченная прозябать в неведении о святой благопристойности брака и воспитания своих собственных детей. Она и ей подобные — мерзость этой земли. И скоро Бог уничтожит этих порочных богохульников.

— Спасибо, что поговорили с нами, — сказал я, — но нам уже пора идти. Ваш президент ждет нас на улице, и мы не хотим его задерживать.

Она проводила нас до двери, пожелала мне счастья и познания истины и полностью проигнорировала Кэрол. Мы вернулись к кораблю и попросили показать нам еще один штат. Пилоты опустили на пассажирский салон корабля прозрачный колпак, чтобы можно было двигаться с большей скоростью, и мы вновь поднялись в воздух. По пути в следующий штат настал черед Селы потчевать нас чудесами Микро-острова.

Вначале она обратила мое внимание на то, что каждый человек имеет право иметь детей, а женщины верны своим мужьям.

— Скажи мне, Села Девятая, — сказал я, — а ты верна Элгону Десятому?

Она засмеялась и сказала:

— Я не замужем, потому что Макро-общество лишило меня способности иметь детей.

— По сведениям СИ, Села Девятая, ты сама выбрала постоянную стерилизацию, но ты пока еще можешь это изменить, — вставила Кэрол. — СИ также говорит, что с женщинами, которые не могут или отказываются рожать детей, обращаются на Микро-острове как с проститутками.

Села взглянула на Кэрол с отвращением, затем повернулась ко мне и с улыбкой сказала:

— Макро-общество придумало больше лжи, чем любое другое общество за всю историю человечества, а потом построило машину под названием СИ для того, чтобы эту ложь распространять.

— Значит, у вас нет проституток? — спросил я.

— Конечно, есть, — ответила она. — Микро-человеку всегда было нужно сексуальное разнообразие. Это самая древняя женская профессия. Мы верны древним микрообычаям, которые позволяют человеку обладать всем, за что он может заплатить. Разумеется, как и другие удовольствия, посещение проституток запрещено законом.

— Что ты подразумеваешь под «другими удовольствиями»? — спросил я.

— Наши законы запрещают многие удовольствия, чтобы люди научились их ценить и много работали для того, чтобы позволить их себе, — ответила Села.

— Ты хочешь сказать, что вы сами поощряете преступления, принимая законы, которые люди заведомо будут нарушать? — спросил я недоверчиво.

— Конечно, — ответила она. — Разве не всегда было так? Это один из наших лучших источников государственного дохода. Кроме того, вспомни-ка мировую историю. Преступление — необходимый компонент жизни. Оно делает жизнь интересной и захватывающей. В конце концов, без определенных законов не будет конфликтов и конкуренции.

— То есть ты и Элгон Десятый сами организовали преступность таким образом, чтобы вы и ваши последователи могли извлекать из нее выгоду, — подытожил я.

— Правильно, Джон Десятый. Так всегда было и раньше, — ответила она, пожав плечами, от чего ее пышная обнаженная грудь качнулась, но я постарался не обращать на это внимания, — однако людям от этого лишь одна польза. Наша организованная преступность позволяет любому человеку, который готов за это заплатить, самое потрясающее наслаждение — бунт, мятеж, свободу. Ради этого стоит нарушать закон. Микро-человек всегда к этому стремился.

— Я не могу поверить, что вы двое выросли в Макрообществе, достигли высоких уровней Макро-осознания, а потом отказались от всего этого ради такой жизни, — заметил я.

— Послушай, Джон Десятый, — воскликнула Села, — мы не. отказались от своего осознания. Мы лишь сильнее его развили. Я теперь на девятом, а Элгон — на десятом уровне. Ты не понимаешь. Мы отказались только от скуки. Здесь мы можем наслаждаться запретными плодами, за которые борются и которые получают только самые сильные и самые смелые. Уверяю тебя, Джон Десятый, без гордости и конфликтов жизнь становится смертельно скучна. Стоит ли вообщежить такой жизнью?

— Ты, наверное, забыла, — сказал я, — что я пришел из мира 1976 года, где из-за конфликтов и конкуренции люди загрязняют и разрушают эту планету.

— Мы не забыли, что, пока человеческая жизнь полностью подчинялась законам конкуренции и конфликтов, у нас не было опасности загрязнения и перенаселения планеты, потому что сильные выживали, а слабые погибали или жили жизнью минимального потребления и загрязнения.

— Но, — удивился я, — разве все ваши помощники не обладают Макро-способностями и не называются «контролерами»? И разве не их задача — сдерживать конфликты и управлять конкуренцией так, чтобы они служили вашим личным интересам?

— Конечно, — откровенно ответила Села, — потому что мы сильны, а сильные всегда правят миром, если, конечно, их мозги не скованы мифами о любви, равенстве и единстве.

— Но ты должна признать, что ни одна общественная структура, включая ваше микро-общество, не сможет выжить без сотрудничества.

— Да, — легко согласилась она и с этим. — Мы сотрудничаем таким образом, чтобы лучше наслаждаться плодами конфликтов и конкуренции.

В этом месте наш разговор был прерван приземлением у маленького городка в Красном штате. Мы с Кэрол вышли из корабля и на этот раз прошли вглубь селения, состоявшего по большей части из маленьких неприглядных домов. Однако среди них было и несколько больших зданий. Мы выбрали один из самых больших и роскошных домов в селении. Прежде чем постучать в дверь, Кэрол отметила, как мало людей в этом городке и какими пустынными кажутся улицы. Не успели мы постучать, как дверь отворилась и на пороге показался маленький человек средних лет с брюшком и ярко-красной кожей. Он пригласил нас в большую, богато обставленную гостиную и сказал, что, как и все, следит за нашим путешествием по телевидению, а прерывается эта передача только на гладиаторские игры, которые транслируют из столицы, Элгонии.

— Тогда понятно, — сказал я, когда мы сели в превосходные удобные кресла, принявшие форму наших тел, — почему на улицах нет людей. Расскажите нам об этих гладиаторских играх.

Лицо хозяина просияло, и он широко улыбнулся, открыв два ряда белейших, явно искусственных зубов.

— Это просто чудо! — воскликнул он. — Наши гладиаторы представляют Красный штат в играх, и таким образом мы можем показать свое превосходство над другими.

— То есть красные гладиаторы дерутся с гладиаторами других рас? — спросил я.

— Да, — ответил он, — но у нас есть еще много других соревнований, кроме древних гладиаторских поединков с мечами, кулачных боев и борьбы. У нас есть еще командные состязания, такие, как футбол, бейсбол и баскетбол, а также еще более масштабные — например, захват флага.

— Мне кажется, — сказал я, — я играл в эту игру в детстве. У вас в нее как играют?

— Когда мы устраиваем местные соревнования, — объяснил он, — то участвуют небольшие команды гладиаторов, но когда проводятся соревнования между штатами, то стандартная команда насчитывает 100 человек и играют на огромном поле. Цель состязания — захватить флаг другого штата. В игре участвуют команды как с мечами, так и без оружия.

— И что, вы по-настоящему убиваете друг друга в этих состязаниях?

— Конечно. Но поскольку на бои с мечами гладиаторам разрешается надевать кольчугу, то во время этих игр убивают не так уж много людей — десять-двенадцать в неделю. И все равно это самые захватывающие состязания из всех, какие мы проводим.

— Как часто вы смотрите эти игры? — спросила Кэрол.

— Поскольку мы работаем шесть дней в неделю, а в воскресенье утром ходим в церковь, то у нас для просмотра игр остаются только вечера и вторая половина дня в воскресенье, — с некоторым сожалением ответил хозяин.

— Боже мой! — воскликнул я, — Неужели вы не устаете от стольких боев?

Он засмеялся и сказал:

— Бои — это единственное, от чего красные люди не устают!

— А ваша, религия позволяет вам такую жестокость? — спросил я.

— Красная религия учит, что Бог создал четыре человеческие расы и разочаровался в них. Затем он создал красную расу, чтобы она дралась за славу Божью. Мы — избранные. Наша самоотверженная смелость и верность расе и Богу должны служить примером людям других рас.

— Где-то я это уже слышала, — тихо сказала мне Кэрол.

— Насмехайся, сколько хочешь, безнравственная женщина, — разгневался красный человек, — но наши женщины гордятся тем, что они удостоены чести рожать воинов. И наши женщины замужем только за одним мужчиной, в отличие от вас.

Чувствуя, что надо переменить тему, я спросил:

— Как представитель избранной красной расы, как вы относитесь к президенту Элгону, чья кожа не красна?

— Это правда, что его краснота не видна, — объяснил он, — но в душе наш президент — красный. Он носит белую кожу, сочувствуя слабости белой расы.

— Откуда вы знаете, что в душе он красный? — спросил я.

— Потому что, когда мы его об этом спросили, он ответил, что никогда этого не отрицал, — гордо заявил толстяк.

Да, Элгон хитер, подумал я про себя. Прежде чем уйти, я решил задать еще один вопрос:

— Скажите, чем вы так хорошо зарабатываете, что можете себе позволить такой большой роскошный дом?

— Я надеялся, что вы об этом спросите, — гордо ухмыльнулся хозяин. — Видите ли, на Микро-острове смелость, трудолюбие и хорошие деловые качества неплохо вознаграждаются. В молодости я был самым знаменитым гладиатором на острове и заработал много денег, которые потом вложил в землю и различные коммерческие предприятия. Сейчас я владею половиной всех домов в нашем селении и большей частью окружающих земельных угодий.

— А вы не боитесь воров? — спросила Кэрол, рассматривая дорогостоящие предметы интерьера.

Краснокожий презрительно засмеялся и сказал:

— Мы верим в ценность частной собственности, поэтому у нас царит закон и порядок. Каждый десятый человек на острове — полицейский, и мы гордимся нашими мерами по борьбе с преступностью. Меня самого лично президент Элгон Десятый назначил одним из десяти главных блюстителей порядка в Красном штате.

Кэрол не удержалась и вставила:

— Микро-остров — единственное место в мире, где все еще есть необходимость в полиции, потому что это единственное место в мире, где существуют преступления. Если бы вы не придавали столько значения частной собственности, вам бы не пришлось тратить столько человеческих ресурсов на охрану общественного порядка.

Толстое красное лицо хозяина дома еще сильнее покраснело от ярости, и он отрезал:

— Богатство всегда принадлежало сильным, смелым и умным людям, которые не боялись рисковать и жили увлекательной и насыщенной жизнью.

Затем он презрительно фыркнул на Кэрол и сказал:

— Ваше Макро-общество уничтожило всякое чувство приличия и гордости, заставило своих членов погрязнуть во всех мыслимых пороках и отказаться от таких добродетелей, как смелость, верность своей расе и накопление личного богатства.

Вскочив на ноги и сердито пройдясь по комнате раскачивающейся походкой, он вскрикнул:

— Еще никогда за всю мировую историю нигде не расцветало столько зла, порока и богохульства. Но Бог восторжествует! Ты и все твое безбожное трусливое племя скоро исчезнете с лица земли!

Я решил, что лучше нам побыстрее уйти, пока хозяина не хватил апоплексический удар. Я поблагодарил его за уделенное нам время, и мы поспешно направились, к кораблю. Разговор с толстяком очень удручил нас. Не было сомнения в том, что он горячо верил в то, о чем говорил. Никто ведь не заставлял нас посещать именно этот дом.

Когда мы вновь поднялись в воздух, Элгон спросил о моих впечатлениях от увиденного. Когда я откровенно признался, что увиденное меня угнетает, он искренне опечалился, несколько раз тряхнул своей большой головой с длинными черными кудрями и сказал:

— Мне очень жаль, что Макро-общество уже успело настроить тебя против нас и ты не видишь, как горды и счастливы наши люди и какой свободной и достойной жизнью они живут.

— Элгон Десятый, ты действительно считаешь, что на Микро-острове все счастливы, даже самые бедные и больные люди? — спросил я.

Элгон ответил очень искренне и убедительно:

— Ты не понимаешь, Джон Десятый, что самое важное для человека — это не богатство, не здоровье и даже не слава, а гордость — ощущение превосходства над всеми остальными.

Он сделал паузу, чтобы позволить этой информации улечься у меня в голове, а затем продолжил:

— Здесь, на Микро-острове, мы обеспечили человека всеми необходимыми условиями для ощущения гордости — у каждого есть своя семья, своя раса, своя религия, свой язык, своя собственность и свой штат. Макро-общество лишило человека всего этого и тем самым превратило жизнь в такую вечную скуку, что людям стало все равно, жить или умирать. Они приезжают к нам, на Микро-остров, и нарушают закон, чтобы иметь удовольствие хотя бы интересно умереть, если они не могут интересно жить.

На сей раз я покачал головой:

— Извини, Элгон, я на все это смотрю по-другому.

— Я не заставляю тебя верить моим словам, — ответил он. — Твои глаза и уши сами предоставят тебе доказательство их истинности. Поговори еще с нашими людьми. Поговори с бедняками. Поговори с теми, кого ты считаешь неудачниками в нашей системе. Уверяю тебя, что даже самый жалкий трусливый неудачник имеет больше уважения к себе и больше радуется жизни, чем любой член Макро-общества. Если ты мне не веришь, посмотри вокруг себя — и сам убедишься.

Я согласился последовать совету Элгона и поговорить еще с несколькими людьми. Он высадил нас возле какого-то поселка в Коричневом штате. Здесь мы с Кэрол беседовали с отцом и матерью 18 детей. Матери было всего 36 лет. Она вышла замуж, когда ей было 12, и родила своего первого ребенка в 14, а затем рожала чуть ли не каждый год, и все дети выжили.

Эта семья была очень бедной. В крохотном доме они все спали всего на двух кроватях. Тем не менее оба очень гордились своей семьей и тем, что пятеро старших сыновей учились на гладиаторов. Вся семья трудилась на арендованной земле, но денег, которые они зарабатывали своим трудом, не хватало на жизнь, поэтому две старшие дочери уже несколько лет работали проститутками, чтобы пополнять бюджет семьи. Вся семья ими гордилась.

По нормам Макро-общества состояние их здоровья было чудовищным. Мать, державшая на груди двоих младенцев, была бледной, болезненной и выглядела лет на 50, но, когда я спросил ее о возрасте, с гордостью ответила, что она на 14 лет моложе. Тридцатидевятилетний оте выглядел моложе жены, однако от зубов у него остались практически лишь гнилые пеньки, а обрюзгшее, нездоровое тело все заплыло жиром. В отличие от него почти все дети в их семье были тощими, с такими же, как у родителей, болезненно-бледными лицами.

Когда мы зашли к ним, все со счастливым видом смотрели гладиаторские бои по телевизору, который, как я узнал, покупала каждая семья, даже если не было денег на все остальное. Они трогательно гордились своей кожей, выкрашенной в коричневый цвет, своей коричневой религией, коричневым языком и Коричневым штатом, который, как они считали, породил самых храбрых и сильных в мире гладиаторов.

Мы вновь услышали историю о том, что Бог создал четыре расы и разочаровался, а потом создал коричневую расу, чтобы она показывала другим пример честной, смелой и богобоязненной жизни. Они в это слепо верили и были бесконечно довольны тем, что им выпало счастье родиться представителями богоизбранного народа.

Кэрол эта семья не презирала, а искренне жалела за то, что ей выпало огромное несчастье родиться в Макро-обществе. К моему удивлению, они действительно испытывали сострадание к этой красивой здоровой молодой девушке.

Когда я спросил, не тяготятся ли они своей бедностью, глава семейства ответил:

— Нам жалко богатых, потому что они уже не могут испытать славной надежды когда-нибудь разбогатеть. Мы с нетерпением ждем момента, когда нащи сыновья начнут участвовать в играх гладиаторов: тогда мы будем купаться в деньгах. У нас есть все причины наслаждаться жизнью.

На этой ноте мы с Кэрол оставили их дом, вновь угнетенные всем увиденным и услышанным, но уже не удивляясь стремлению Элгона показать нам как можно больше людей. Было ясно, что он хвастается результатами самого удачного пропагандистского аппарата, когда-либо созданного человеком.

Позже, по пути в Черный штат, я спросил у Элгона, знает ли он, какова средняя продолжительность жизни на Микроострове.

— Знаю, — ответил он. — Мужчины живут в среднем 53 года, а женщины — около 52. Разумеется, тебе кажется это ужасным, но позволь снова напомнить тебе, Джон Десятый, что дело не в том, как долго человек живет, а в том насколько стабильна и комфортна его жизнь. Вернее, в конце концов,

самое главное — это насколько ты гордишься своей жизнью и сколько наслаждения от нее получаешь.

— Не буду отрицать, — сказал я, — что тебе прекрасно удалось уговорить людей верить твоим словам. Я удивлен тем, что только сто человек в год-уезжает с твоего острова.

— Это в основном старики, — объяснил Элгон, — не успевшие оценить реформы, которые мне, Селе Девятой и тысяче наших контролеров удалось провести в жизнь за последние 30 лет. Первые 40 лет я потратил на организацию жизни на Микро-острове, а сейчас наше микро-общество предлагает всем своим людям интересную и увлекательную жизнь.

— Итак, тебе потребовалось 70 лет, чтобы организовать практически идеальный аппарат пропаганды, заставляющий людей мыслить так, как тебе хочется, — подвел я итог.

В ответ на эту реплику Элгон лишь улыбнулся своей властной улыбкой и предложил нам посетить еще несколько домов. Мы так и сделали, но следующие две семьи, черная и белая, вновь повторили то, что мы уже слышали. Они гордились своим цветом кожи, своей религией, своим языком, своей семьей и своим великим штатом. Естественно, они имели счастье быть богоизбранным народом и всеми силами стремились произвести на свет как можно больше представителей своей расы. В черной семье было 18 детей, а белая благодаря многоплодным родам могла похвастаться рекордным показателем — 53 ребенка!

Невероятно плодовитая белая мать посетовала на нарастающую проблему диссидентов, которые отказываются принять мудрость Элгона Десятого и поддаются нечестивым идеям Макро-общества. Она сказала, что больше всего от этой проблемы страдают (ну разумеется!) другие штаты.

Я начал подозревать, что Элгон высаживает нас у «показательных» селений, где жителям надежно промыли мозги. И очень порадовался тому, что люди, поддерживающие Макро-идеи, оказывается, были для микро-общества «нарастающей проблемой».

В черной семье мне тоже удалось узнать несколько инте- -ресных фактов. Оте тут был юристом и объяснил мне, что после гладиаторов его работа на Микро-острове (ну разумеется!) — самая престижная и высокооплачиваемая. По его ? словам, дело было в огромном количестве противоречивых законов. Он признал, что на острове существует столько законов, регулирующих различные сферы жизни, что каждый человек ежедневно нарушает хотя бы два или три из них. Разумеется, имея хорошего адвоката, можно справиться со всеми проблемами. Однако, поскольку в каждом штате свои законы, пересекать границы чрезвычайно опасно. Юристы не имеют права работать в другом штате, а человек, попавший на чужую территорию, обязательно нарушает тот или иной закон. Естественно, «не местный» цвет кожи также был серьезным затруднением.

Я был поражен, что этот юрист защищал правовую систему, где богатые могли нанять адвокатов, обеспечивающих им практически полную судебную неприкосновенность, в то время как бедные постоянно страдали от отсутствия юридической помощи. Я понял, что островная правовая система немногим отличалась от системы 1976 года, где бедные люди в 100 раз чаще попадали в тюрьму, чем богатые, и только бедные же подвергались смертной казни.

Хозяин дома объяснил, что, поскольку государство больше нуждается в богатых, чем в бедных, вполне естественно, что первые должны иметь возможность покупать себе неприкосновенность. При этом он настоятельно подчеркивал, что перед законом все равны и все дело лишь в грамотности юристов: чей адвокат лучше, тот и чист перед властями. Я понял, что микро-правительство 2150 года рукоплескало бы действиям моего правительства 1976 года, которое боролось с инфляцией, создавая безработицу среди бедных, позволяло трети всего населения жить в нищете и в то же время тратило миллиарды на поддержку коррумпированных правительств в тысячах миль от наших берегов. Что же, подобное притягивается к подобному, и неправедная власть всегда будет поддерживать такую же.

Когда мы посетили все пять штатов, Элгон сказал, что пришло время осмотреть столицу, которая находится в центре острова, где все штаты сходятся. По пути туда я спросил у Элгона об их системе образования. Он ответил, что почти для 90 % детей обязательное образование начинается в 5 лет и заканчивается в 12. С этого возраста все начинают работать на полях, заводах и в магазинах и обязаны жениться и рожать детей. Однако, едав определенные экзамены, можно продолжить образование в школах гладиаторов, юридических и медицинских учебных заведениях. Поскольку эти школы работают по ночам, молодые люди, сдавшие экзамены, могут днем работать, а ночью учиться. Богатым легче, потому что они могут нанять учителей для подготовки к экзаменам во все школы (кроме гладиаторской, разумеется).

Когда я спросил о местной администрации штатов, оказалось, что только юристы могут занимать правительственные должности — иногда сразу четыре или пять. Что же касается центрального правительства всего острова, то из 10 000 должностей Элгон и Села занимают самые важные, а более 1000 других постов отдано прочим бывшим членам Макро-общества. Я прокомментировал это так:

— Наверное, ты очень ценишь свое Макро-окружение, раз твои самые лучшие и надежные лидеры происходят оттуда. Разве это не противоречит тому, что ты говоришь о Микро-острове? Ведь если бы жизнь здесь была такой замечательной, ты бы выбирал своих ближайших помощников из островитян.

Элгон засмеялся:

— Макро-общество помогает своим людям развить Макро-способности, а затем жизнь этих людей становится такой скучной и так им надоедает, что они присоединяются ко мне, поэтому мне не приходится организовывать здесь школы для развития Макро-способностей.

— Но, видимо, люди, которые остаются с тобой, обладают не слишком развитыми Макро-способностями, иначе ты бы не считал, что я достиг десятого уровня, в то время как я всего лишь на втором, — уколол его я.

Элгон просто сменил тему разговора, указав кивком головы на столицу Микро-острова Элгонию.

— Ты только посмотри, — сказал он. — Это единственный большой город на Земле, ведь Макро-общество отказывает своим людям в радостях городской жизни.

Я посмотрел вниз и увидел город, который в 1976 году считался бы захолустным. Его население было всего 30 000 человек, из которых больше четверти составляло правительство Элгона. Вообще в Элгонии работало свыше 100 000 человек, но поскольку личная территория президента, около 15 километров в диаметре, не принадлежала ни к одному штату, большинство рабочих и служащих предпочитало жить в своих штатах, а в город только ездить на работу. В центре города находилось множество правительственных зданий, расположенных вокруг величественного президентского дворца, похожего на индийский Тадж-Махал.

Элгон Десятый, по-видимому, очень гордился своей столицей и долго разглагольствовал о значении сильного центрального правительства. Он, не переводя дыхания, продекламировал длинный список правительственных организаций, решавших вопросы сельского хозяйства, коммерции, труда, права, образования и разведки. Меня особенно поразило то, что у Элгона было девять различных разведывательных служб, которые собирали данные о гражданах. Когда я спросил об их функциях, Элгон ответил, что разведывательные службы лучше всего работают, когда их операции держатся в полной тайне, а поэтому он не может никому о них рассказать, даже мне. Затем, к моему удивлению, он добавил:

— Однако когда ты у нас останешься, Джон Десятый, и я сделаю тебя вице-президентом, я смогу тебе рассказать все

— Спасибо, Элгон Десятый, — я покачал головой, — но я хочу остаться в Макро-обществе.

Он громко расхохотался и сказал:

— Неужели ты до сих пор веришь в то, что человек, выросший в микро-обществе двадцатого века, может счастливо жить в Макро-обществе? Поверь мне, Джон Десятый, если я, проживший 50 лет в Макро-обществе, не выдержал такой жизни, то ты тем более не сможешь там жить!

— Тебе разонравилось Макро-общество, потому что там ты не мог удовлетворить свою гордость и жажду власти, — сказала Элгону Кэрол, — но Джону не нужна власть, поэтому перспектива высокого поста в твоем правительстве его не заинтересует.

На скулах Элгона заиграли желваки, а его аура покраснела. Тем не менее он довольно спокойно возразил Кэрол, что она еще слишком молода, чтобы понимать радости микросуществования.

Наш корабль приземлился на красивой площадке за президентским дворцом, и Элгон настоял на том, что он лично покажет нам все местные красоты.